Yeong Su [DELETED user]
Название: Monochrome memories
Автор: Yeong Su
Бета: Iskra_ctcnhf
Фэндом: Super Junior
Персонажи: Хангён/Хичоль
Жанры: слэш, романтика, ангст, повседневность
Рейтинг: PG-13
Предупреждения: ООС
Размер: мини
Кол-во частей: 3
Статус: закончен
Ссылка на фикбук: ficbook.net/readfic/202530
Комментарий автора: Курсивом выделен флэшбэк. Язвительный и мечтательный Хичоль, который обожает фотографировать всякую муть, полностью слизан с самого автора.
«Для любви есть всего одно слово, но оно никогда не останется тем же самым» (с) Жан Лакордер.

1. White
Шанхай. Величественный город с древней, как сам мир, историей. Несмотря на это, с первого взгляда и не подумаешь, что он такой старый – тут и там возвышаются высотные здания причудливой формы, сверкающие на солнце стеклом и сталью, бурлит жизнь на широких проспектах и улицах.

Хорошая погода, чистое небо; термометр, ещё больше накаляя воздух ярко-красным цветом цифр на электронном табло, показывает +25. На деле это чувствуется как +40, потому что жарит отовсюду – сверху, снизу от асфальта, сбоку от стен многоэтажных бетонных громад.

Солнечные зайчики, дробясь искрами, отскочили от осколков зеркала и ударили точно в глаза Хичолю. Он ругнулся, помассировал пальцами веки, набрякшие после бессонной ночи, и отодвинул в сторону стакан с ледяной водой. Пить резко расхотелось. Проклиная парня в тёмно-синей форме, который уже целых пять минут возился с разбившимся элементом интерьера и мозолил глаза, Хиним оставил на столе купюру и вышел из-под навеса кафе.

Он сам не понимал, какой чёрт дёрнул его уйти из гостиницы в самый разгар дня, когда остальные мемберы СуДжу пластом валялись на кроватях в своих номерах. Жара стояла просто невыносимая.

Когда солнце наконец-то скрылось за облаками, Хичоль с облегчением выдохнул и небрежно сунул веер в карман. Он всегда терпеть не мог жару, буквально с самого детства, когда едва не свалился в обморок на школьной экскурсии. Стоящим неподалёку и вяло перебрасывающимся короткими репликами Хёкдже и Чонсу, похоже, тоже было не очень хорошо.

- О, вот и он! – всю вялость с лидера как рукой сняло, когда он увидел приближающуюся к ним фигурку в блекло-синих мешковатых джинсах, кстати, основательно потёртых, и простой чёрной майке. Хичоль, подскочив на месте от слишком громкого возгласа, сначала для справедливости недовольно шикнул на старшего, а потом и сам соизволил обратить внимание на новоприбывшего.

Когда парень подошёл ближе, первое, что отметила Релла – его лицо было в буквальном смысле красным, как помидор. А ещё глаза бегали из стороны в сторону, и губы шевелились, как будто он репетировал речь.

- Здравствуй! – приветливо улыбнулся новоприбывшему Итук и крепко пожал нерешительно протянутую руку. – Меня зовут Чонсу, с этого момента я твой хён. Ну и лидер нашей группы.

- Здравствуйте, - настолько тихо сказал, что Хичолю – да и не только ему – пришлось напрячь слух. – Меня зовут Хан... Хангён. Я... – замялся, подбирая слова и покраснел ещё сильнее. – I'm from China!

- О-о, китайская няша, значит! – Хичоль, наклонив голову набок, некоторое время разглядывал китайца, у которого чуть ли не пар из ушей шёл от такого пристального внимания. Он окончательно смутил парня, когда обошёл того кругом, да ещё и прядь волос зачем-то потрогал. – Что ж, будем знакомы. Меня зовут Ким Хичоль. Вселенская Звезда. Андерстенд?

- Угу...

- Ха, к чему вдруг я это вспомнил? – фыркнул Хиним, тряхнул головой, поправляя чёлку, и пошёл куда глаза глядят. Города он не знал совершенно, и единственный ориентир – здание, напоминающее по форме спираль, – давно уже скрылся из виду. Он достал из сумки телефон, чертыхнулся, глянув на экран, и положил обратно: аппарат жалобно оповестил своего хозяина о низком уровне заряда батареи. – Прекрасно, осталось только заблудиться в этом огромном городе без... эээ... юаня в кармане.

«Хуже уже всё равно не будет», - мысленно махнул рукой Хи и, спросив на ломаном китайском дорогу до центра у первой попавшейся девушки, зашагал в указанном направлении. Через несколько минут ходьбы он наткнулся на рисунок мелом на асфальте – зевающий лев, похожий на тех, что рисуют в мультиках. Выглядело это настолько забавно, что Релла не удержалась и достала из необъятной сумки фотоаппарат.

- Ну, хоть ты не разряжен, - довольно пробормотал он, разглядывая фотографию. После нарисованного льва появилась фотография облака, до ужаса похожего на лицо Чонсу в профиль. Хичоль довольно фыркнул и сделал себе мысленную пометочку: «Обязательно показать эту фотографию лидеру». За ним – смешной птицы, доверчиво севшей на руку девочке: та кормила пташку хлебными крошками. Хиним не выпускал фотоаппарат из рук, всё снимал и снимал, как будто одержимый какой-то идеей. Хотя, естественно, никакой особенной идеи у него не было – просто во всём был виноват сам город. Виновато было желание оставить для себя воспоминания об этом месте, глубоко, как заноза, засевшее в мозгу.

- Ох, как не вовремя... – на руку капнуло, один раз, второй. Небо сердито натягивало на себя плотное одеяло свинцовых облаков, скрывая солнце. Где-то впереди намечалась плотная стена стремительно приближающегося ливня, и Хичоль замер посреди улицы, оглядываясь по сторонам в поисках убежища. Заметив на противоположной стороне вывеску «Cafe», он со всех ног рванул через дорогу, потому что холодные капли уже забирались за шиворот его тонкой футболки, скользя вдоль позвоночника вниз по шее.

«И почему меня мама не приучила в детстве соблюдать ПДД?» - промелькнула мысль в голове Реллы, когда он проскочил перед носом машины, сердито засигналившей на него. Хиним заметил, что из-за его манёвров из кармана вывалился пустой бумажник, и, ни секунды не задумываясь, наклонился, чтобы поднять его.

- Придурок!!

Громкий крик колоколом отдался в ушах.

«Да не может быть такого...»

Сильный толчок, сбивающий с ног, визг колёс по мокрому асфальту впереди, испуганный женский возглас.

Боль в локте – кожу стесало об асфальт при падении.

Боль где-то в груди. Притаилась за костяной решёткой рёбер и ужалила тогда, когда меньше всего ожидал.

Дождь зарядил ещё сильнее, забираясь мокрыми холодными пальцами под футболку. Хлестал почти отвесными струями наотмашь: отчаянно, как будто желая стереть всю грязь, очистить добела. Город в ответ ощетинился разноцветными зонтиками, замелькал отражениями светофоров в лужах, загорелся огнями в окнах домов.

- Ненавижу дождь.

- Да, я помню.

- Помнишь?

2. Gray
Стена дождя с каждой минутой становилась всё плотнее, по асфальту тут и там бежали целые потоки мутноватой воды. Казалось, что небеса решили потопить к чертям собачьим этот город, да и не только его: по телевизору симпатичная дикторша рассказывала о неожиданном циклоне над Корейским полуостровом и Японскими островами. Хичоль в сотый раз шмыгнул носом и поправил чёлку, которая по мере высыхания начала кудрявиться, чем неимоверно злила своего хозяина. Помимо причёски, конечно, была проблема и посерьёзнее, но о ней просто не хотелось думать. Хотя, как не думать, когда она сидит напротив и разглядывает тебя слишком квадратными для азиатской расы глазами?

- Как ты здесь оказался? – в сотый раз за последние сорок минут.

- Аналогичный вопрос, - вяло пробубнил Хиним почти себе под нос. Н-да, а раньше-то было с точностью до наоборот.

- Съёмки для нового клипа.

- Да, слышал, - так же тихо отозвалась Релла, совершенно закопавшись взглядом в стол. «Хотя, чего я так тушуюсь? Какого чёрта?!» - он тотчас же вздёрнул подбородок и посмотрел прямо в глаза своему собеседнику. Хангён явно не ожидал такой резкой перемены и едва заметно вздрогнул, когда «кошачьи» карие глаза в открытую уставились на него.

«А он почти не изменился за это время».

Хичоль был специалистом по скрытию эмоций и игре на публику. Он совершенно спокойно мог говорить о трудностях звёздного существования, а параллельно обдумывать способы подрыва ко всем чертям студии, в которой сидел, чтоб камня на камне не осталось. Или давать автограф фанатке и мило ей улыбаться, думая о том, что если она притронется к нему хоть пальцем, он либо оторвёт ей этот палец, либо сожжёт одежду. Или просто не думать ни о чём, но не сидеть молча с отсутствующим видом, как периодически случалось с Йесоном. Он превосходно умел дурить публику и даже своих многочисленных донсэнов и одного хёна, но совершенно не умел врать Хангёну.

- Хичоль-ши...

- Я сказал, всё нормально.

- Ну ведь врёшь же, Хичоль-хён.

- Хватит уже смешивать стили речи!

Озадаченное молчание похоже на кисель. Непонятной консистенции, непонятного цвета. То ли Хангён принял к сведению и послушно умолк, то ли обиделся. «Обиделся?» - мысленно фыркнул Хи, вытирая тыльной стороной ладони мокрые ресницы. – «Что ему, десять лет что ли, чтобы обижаться?». Он хотел было сказать Ханни, чтобы тот собирал свои манатки, потому что они идут гулять, но не тут-то было – китайца уже след простыл.

- Ему надо было не в певцы идти, а в ниндзя, - проворчала себе под нос Релла, натягивая толстовку. Сначала он попал не в тот рукав, а когда уже одел, оказалось, что она вывернута наизнанку. Лоб Хи с глухим стуком поприветствовал стенку, и Золушка тихо зарычала сквозь зубы от едва сдерживаемого бешенства. Весь день был какой-то кривой и косой – сначала поругался с лидером из-за чепухи, потом подвернул ногу, из-за чего не смог репетировать танец, потом позвонил отец...

- Са-ран-хэ-йо, Ким Хи-чоль! У-ю бик-каль Ким Хи-чоль! – в комнату вошёл Хангён, держа в руках небольшой плакат с любимой кричалкой старшего, написанной неаккуратными крупными буквами. Хиним застыл, как вкопанный.

- Дурак, ты ошибку сделал! – прошептал он, опуская голову так, чтобы длинная чёлка закрывала лицо.

- Впервые встретились за такое долгое время, а я даже не знаю, что сказать, - тихо сказал Ханни и неловко почесал затылок, взлохмачивая пальцами смоляные пряди.

- Хм, - спустя целую минуту обдумывания значения этой фразы выдал старший. К сожалению или к счастью, никакого двойного смысла он так и не нашёл.

О чём могут говорить два человека, впервые, да ещё и случайно, встретившихся за долгое время? Да, в прошлом они могли разговаривать часами или наоборот молчать, но то молчание не напрягало вовсе. Оно было чем-то естественным, невынужденным. И тот и другой знали, что могут легко нарушить его, но не хотели, потому что и так было хорошо – молча.

«Слишком неожиданно, - думал Хичоль, отстранённо наблюдая за каплями дождя. Они стремительно, как будто соревнуясь друг с другом, мчались вниз по стеклу, – занятно, однако...»

- Как дела в группе?

- Как дела на работе?

Вопросы столкнулись со звонким костяным звуком бильярдных шаров - ни один не попал в лузу. Промах. Промах. И ещё раз промах.

- Кхм... У нас всё нормально, - первым ответил Хиним, опасаясь повторения. – А у тебя?

- Да, тоже всё хорошо, - кивнул младший.

«Господи, хоть бы этот дождь никогда не заканчивался».

- Нет, правда! Это даже смешно, - вдруг фыркнул Хичоль и посмотрел прямо в глаза немного опешившему Ханни. – Я столько раз обдумывал, что скажу тебе, когда увижу, а тут... Всё напрочь забыл.

- Слишком неожиданно...

- Да уж.

- Надо же, ты не забыл корейский за прошедшее время. Правда, акцент никуда не делся. А ещё тебя жутко старит эта стрижка, руки оторвать стилистам. Такое чувство, что из нас двоих старший не я, а ты! Это угнетает... Я могу смириться только с тем, что Чонсу старше меня, да и то... Ему просто повезло! Это злой случай, Бог меня не любит. Ну да, я ж атеист. А Шивон всё так же пытается обратить меня в веру. Наверное, он будет терроризировать меня с этой идеей до пенсии. Ужас!

Хичоль говорил и говорил, как будто хотел за пару часов компенсировать те несколько лет молчания. Неловкость и напряжение отодвинулись на задний план – он просто махнул на них рукой. Пока что.

- Ты понимаешь, почему я так легко тебе это всё рассказываю? – неожиданно спросил Хиним. Улыбка мгновенно испарилась с лица Хангёна, как будто смытая тем же дождём, что шёл на улице.

- Да...

«Понимаешь, значит... А я не понимаю. Вернее, не до конца понимаю. Не понимаю, почему я всё ещё сижу здесь и чувствую себя последним болтливым идиотом. Не понимаю, почему вдруг всплывают эти воспоминания. Не понимаю... Абсолютно ничего».

Black.
«Если нет споров, обид и страстей — значит, нет и обратного. Радости, блаженства, любви. Ведь именно потому, что существуют отчаяние, разочарование и печаль, на свет рождается Радость» (с)


- Дождь закончился, - тихо сказал Хичоль. Машинально достал из сумки телефон и сразу же положил обратно, пробормотав про склероз в тридцать лет.

Хангён последовал примеру старшего и тоже посмотрел на экран своего мобильного – 30 пропущенных вызовов, и все от той девушки, имя которой он всё никак не мог запомнить. И одно смс от менеджера: «Ты где шляешься?!». Ничего не изменилось.

Несмотря на то, что ливень закончился, небо ещё было плотно затянуто свинцовыми тучами. Промозглый ветер насвистывал утопическую мелодию в ветках деревьев, гонял по улице чью-то шляпу, газету и сломанный розовый зонтик.

«А не Миновский ли?» - отстранённо подумал Хи, провожая глазами удаляющееся нечто с торчащими во все стороны спицами. Выглядело жутковато, как будто потоки воздуха тащили по асфальту какое-то подобие паука с переломанными лапами. Правда, не бывает пауков такого ядовито-розового цвета. Хотя, опять же, это всё далеко не факт. Равно как не факт и то, что дождь не начнётся заново.

- Хангён, - он откашлялся, облизнул вдруг пересохшие губы и снова позвал китайца по имени. Медленно. Тем самым глубоким, низким, чуть хриплым голосом, от которого по спине бежали мурашки у всех без исключения. – Хангён.

Тот закусил губу, сжал руки, лежавшие на коленях, в кулаки и поднял взгляд на Хинима. Дрожащий выдох. Неглубокий вдох.

«За всё это время ты первый раз сказал моё имя», - почти сорвалось с языка, но Ханни всё-таки промолчал. Иногда слова обесцениваются, если их сказать вслух.

- Тебе пора?

- Хм. Прогоняешь?

- Нет-нет! Прости...

- За что ты просишь прощения?

- А...

- Не важно, - махнул рукой, потушил взгляд и снова повернулся к окну. С едва слышным звуком лопнула нить разговора, которую только-только им удалось сплести.

Хангён вздохнул и искренне пожалел о том, что вообще вышел в этот день на улицу. Потом одёрнул себя и мысленно надавал пинков: выпал такой шанс – первый за эти годы, – а он строит из себя невесть кого. «В конце концов, мужик я или нет? - сердито подумал китаец и тут же сник. – Н-да. Уже второй час не могу сказать то, что хочу. Мужик, конечно».

- Хангён, у тебя сейчас пар из ушей пойдёт, - Хичоль насмешливо покосился на младшего, который вот уже десять минут подряд невидящим взглядом сверлил погасший телевизор. Вселенской звезде самой надоело спрашивать Ханни о причинах такого глубокого, истинно чонуновского ухода в себя, и он ограничился простым тычком под рёбра. А локоть у Хинима острый, китаец аж вскрикнул.

- Больно же! Хичоль-хён!

- А нечего меня игнорировать, - Релла подползла ближе к донсэну – плечом к плечу – и подтянула колени к животу. Ханни попытался было отодвинуться, но напоролся на сердитый взгляд из-под нахмуренных бровей и застыл на месте.

- Нет, правда. Ты весь день ходишь загруженный, как будто у нас завтра дебют...

- Что-о-о?!

- Успокойся, до него ещё долго. И ты так и не научился понимать юмор. Печально. Может быть, тебя к Шиндону приставить? Он, по ходу, парень весёлый, может и научит...

- Не надо! – Хангён вскочил с места, обошёл кругом по комнате, кусая ноготь на большом пальце. Застыл на мгновение, рванул к старшему и грохнулся перед ним на колени, схватив его за запястья.

- Ты что-то не то сегодня съел? – Хичоль и бровью не повёл на все эти резкие манёвры, только начал мысленно перебирать ингредиенты, из которых жарил яичницу. Похоже, всё-таки не надо было добавлять в неё бананы.

Ханни только шикнул и ещё пристальнее уставился на старшего. К его удивлению, щёки Хинима немного порозовели, но взгляда он не отводил и точно так же внимательно смотрел на донсэна.

- Wo ai ni*, - одними губами. – Wo hen ai ni.**

- Моя твоя не понимай, - ещё сильнее краснея, пробурчал Хи и всё-таки отвёл взгляд в сторону, потому что просто невыносимо было смотреть в эти глаза, блестевшие ярче всех вместе взятых звёзд.


- У тебя тоже воспоминания чёрно-белые? - обращаясь то ли к самому себе, то ли к сидящему напротив. Видимо, вопрос был риторическим, потому что Хичоль сразу же продолжил говорить. – Я это уже очень давно заметил. Почему-то даже не удивился. Наверное, потому что так и должно быть – всё, что принадлежит прошлому, больше не имеет содержания, значения. Смысл умирает вместе с секундами, прожитыми тобой. Одна за другой, они отделяют тебя от прошлого и тащат в будущее. Знаешь, что самое отвратительное? – опять риторический вопрос; Хангён качает головой. – Самое отвратительное то, что ты не можешь с этим ничего сделать. Потерянный смысл не вернёшь, прошлое не сделаешь настоящим, мгновение не задержишь. Моргнуть не успел, как всё уже утекло сквозь пальцы. И даже если будешь до крови впиваться ногтями в ладони, сжимая руки в кулаки, всё равно не сможешь ничего удержать...

- Хичоль-хён.

- Я тебе уже давно не хён, - горькая улыбка.

- Хорошо... Хичоль-ши, - Хангён протянул руку через стол и взял старшего за руку. Хиним поджал губы, но руку не убрал, только перевёл взгляд с окна на пальцы, несильно, но уверенно сжимавшие его кисть.

- Всё, что осталось от тех воспоминаний, которыми я так дорожил – пустая монохромная оболочка... – он мягко высвободил руку и встал со стула. Сделал пару шагов в сторону выхода. – Впрочем, я что-то слишком разболтался. Мне и правда пора. До встречи.

- Я научился писать «Woo U Biccal Kim Heechul» без ошибок. Я понимаю шутки, когда их рассказывают на корейском. Я знаю, как сказать «Я тебя люблю» по-корейски... Wo ai ni, Ким Хичоль.

- Мы не в мелодраме.

- Логично.

- Логично – это мне сейчас сказать «прости» и пойти в общежитие. Надраться там до розовых гиппопотамов перед глазами, потом забраться на высотку и сброситься оттуда, сдохнув через первые десять этажей от разрыва сердца – вот что логично!

Хичоль застыл на месте, сжимая в руке ремень сумки, потяжелевшей от влаги. «Мы не в мелодраме», - пронеслась в голове его же реплика. Очевидно, что в реальной жизни всё далеко не так красиво, выстрадано, и со счастливым концом. На небесной лотерее далеко не всем выпал бочонок «счастье», и чёрт знает, может, именно ты оказался тем неудачником, который вытянул «ноль». С другой стороны, никто ведь не запрещал облажавшемуся сделать ещё одну попытку. И ещё одну, и ещё одну...

«И я, в общем-то, привык наступать на горло тётеньке Судьбе».

- Хангён-а.

- М?

- Я промок насквозь...

______________________________

* - Wo ai ni (с кит.) – «Я люблю тебя»
** - Wo hen ai ni (с кит.) – «Я очень люблю тебя»


@темы: fanfiction, PG13, Heechul, Han Geng